RSS    

   НАТО

p align="left">Одна из распространенных ошибок российских аналитиков состоит в том, что НАТО рассматривается как организация, способная обеспечить «жесткую» военную безопасность своих членов, но совершенно не годящаяся для проведения «мягкой» дипломатии и сотрудничества в невоенной области. Как мы видим, НАТО после «холодной» войны энергично развивает те сферы сотрудничества, которые ранее считались периферийными, и одним из примеров этого является Средиземноморский диалог. Сейчас именно проблемы экономической и социальной безопасности доминируют в сотрудничестве НАТО и стран Средиземного моря, и эта тенденция имеет все шансы продолжиться в ближайшем будущем.

Такой подход в принципе следует считать правильным, поскольку страны региона еще не готовы для полномасштабной интеграции в НАТО. Некоторые причины этого уже были изложены в начале данной главы. Здесь же хотелось бы отметить, что значительная часть общественного мнения стран Магриба, бывших участников движения Неприсоединения, не питает особых симпатий к НАТО, считая ее отжившей организацией эпохи «холодной» войны, которая после распада СССР ищет себе новых противников в Средиземноморье.

Поэтому по-настоящему интенсивное взаимодействие с государствами Северной Африки начнется только после того, как окончательно будут решены проблемы безопасности стран Центральной и Восточной Европы и будет завершена их необратимая интеграция в западные структуры. После этого можно будет уже всерьез говорить о странах Северной Африки как о кандидатах на вступление в НАТО, и некоторые исследователи уже сейчас не исключают переход к более формальному взаимодействию членов Североатлантического союза и стран Средиземноморья в отдаленном будущем.Bin A. Strengthening cooperation in the Mediterranean: NATO's contribution.-http://www.nato.int/docu/review/1998/9804-07.htm

Что касается настоящего момента, то сейчас эволюция диалога идет в двух принципиальных направлениях, которые обозначил генеральный секретарь НАТО в своем выступлении на конференции в Валенсии 1999 года. Во-первых, это усиление дифференцированной политики НАТО по отношению к каждой отдельной средиземноморской стране. Во-вторых, осуществляется более углубленное сотрудничество в военной сфере, поскольку здесь Североатлантический альянс обладает относительными преимуществами по сравнению с другими международными организациями, выдвинувшими сходные инициативы. Солана высказал сильное убеждение, что увеличение координации между НАТО и ЕС окажет влияние не только на безопасность Средиземноморского региона, но внесет свой позитивный вклад в укрепление демократии и стабильности в странах Восточной Европы, включая Россию.Secretary General's remarks at the Conference on The Mediterranean Dialogue and The New NATO, Valencia, 25 February 1999.- http://www.nato.int/docu/speech/1999/s990225a.htm

Если же говорить об отношениях НАТО и России в контексте Средиземноморского диалога, то объективно появление этой программы способствует смягчению проблемы расширения НАТО на восток. Средиземноморский диалог свидетельствует о том, что альянс стремится принять в свои ряды не только восточноевропейские страны, создав тем самым угрозу национальной безопасности России, но сотрудничает и со странами Северной Африки, что никак не может рассматриваться в качестве вызова российским интересам. Поэтому внешнеполитическая элита нашей страны заинтересована в развитии Средиземноморского диалога. Это позволит российскому руководству «спасти лицо» ввиду необратимости процесса расширения НАТО на восток. Одновременно средиземноморская инициатива используется Западом в целях пропаганды для того, чтобы убедить мировую общественность в мирном характере трансформации НАТО.

Безусловно, у НАТО есть потенциал для расширения, и кандидаты для вступления в альянс находятся не только и не столько в Восточной Европе. По всей видимости, в будущем расширение НАТО будет состоять из двух последовательных этапов. На первом этапе будет доминировать восточный вектор, при этом произойдет постепенное укрепление партнерских отношений Организации Североатлантического Договора со странами Ближнего Востока и Северной Африки. Возможно, произойдет формализация отношений и появится программа «Партнерство ради мира для стран Средиземноморья». Затем, когда все подходящие кандидаты из Восточной Европы будут приняты, наступит очередь североафриканских и ближневосточных государств, при этом будут учитываться возможности каждой страны в отдельности соответствовать критериям НАТО. Этот процесс будет происходить постепенно и его скорость, как показывают события в Восточной Европе, скорее всего, не будет зависеть от позиции России по данному вопросу.

ГЛАВА 2

НЕВОЕННОЕ СОТРУДНИЧЕСТВО В НАТО В КОНТЕКСТЕ УНИВЕРСАЛИЗАЦИИ АЛЬЯНСА

Развитие невоенного сотрудничества НАТО как фактор мировой политики: политико-экономический аспект взаимодействия

Другим малоизученным аспектом деятельности НАТО является развитие сотрудничества в тех сферах, которые напрямую не связаны с военной составляющей Организации Североатлантического Договора. На примере Средиземноморского диалога мы могли видеть, что наряду с военным сотрудничеством, НАТО все большее внимание уделяет проблемам «мягкой» безопасности, и это не случайно. За пятьдесят лет существования НАТО в рамках Североатлантического союза была создана целая сеть структур, которые призваны содействовать сотрудничеству, консультациям и решению международных проблем в политической, экономической, экологической, социальной, правозащитной и культурной областях, причем цели такого сотрудничества были определены еще при создании альянса.

Надо сказать, что в эпоху «холодной» войны эти области взаимодействия считались неотъемлемой организационной составляющей военной структуры НАТО и не рассматривались советской пропагандой как независимые. Справедливости ради следует сказать, что в то время они действительно занимали подчиненное положение по отношению к военной структуре блока. Однако невоенные органы альянса уже оформились вчерне к началу 70-х годов, что позволило президенту Р. Никсону заявить на юбилейной сессии НАТО 1969 года о наличии «трех измерений НАТО»: военного, политического и социального.Качалова Т. Невоенная проблематика в деятельности НАТО // Мировая экономика и международные отношения.- 1998.-N3.- С.130

Тем не менее в начале 90-х годов для многих стало откровением, что Североатлантический альянс занимается чем-то иным, кроме коллективной обороны и безопасности. Вместе с тем по инерции НАТО продолжает рассматриваться как исключительно военная организация, и другие области сотрудничества практически не освещаются в современной российской научной публицистике. В этом, на наш взгляд, состоит главная ошибка российских исследователей.

Однако вопреки бытующему мнению «периферийные» сферы сотрудничества достаточно динамично развиваются, и такая тенденция будет сохраняться и в будущем. Это, тем не менее, не говорит в пользу того мнения, что НАТО намерено полностью отказаться от своей военной составляющей. Напротив, настоящую ситуацию следует рассматривать в более широком контексте универсализации Североатлантического союза, при которой военная проблематика наряду с политической, экономической, экологической, научной и правозащитной будет играть сбалансированную роль в новой стратегии НАТО. Но пока руководители альянса все-таки уделяют больше внимания военно-политической составляющей блока, хотя невоенные сферы потенциально имеют шанс занять ведущее место в деятельности организации.

Сама по себе универсализация НАТО имеет как позитивные, так и негативные стороны с точки зрения российских внешнеполитических интересов. Ясно, что она прежде всего приведет к трансформации военной составляющей НАТО и как следствие, к снижению военной угрозы, которую блок представляет для России. Безусловно, это не может не радовать представителей российской внешнеполитической элиты. Но универсальная НАТО таит в себе и определенную долю опасности.

Дело в том, что в системе международных отношений уже есть одна структура, которая занимается широким кругом вопросов. Это Организация Объединенных Наций. Учитывая ту критику, которой она подвергается со стороны американской администрации, не исключена постепенная трансформация НАТО по модели ООН с целью создания аналогичной, но намного более эффективной, по мнению американских политиков, организации. В этих условиях Россия не сможет заблокировать решение НАТО, поскольку не является членом данной организации и в отличие от Совета Безопасности ООН не имеет право вето. Эту ситуацию можно рассматривать как попытку легитимизировать принятие решений в обход Объединенных Наций, и на практике такая тактика уже была опробована в Югославии в 1999 году.

Теперь перейдем непосредственно к невоенной составляющей Североатлантического альянса. Невоенная структура НАТО представлена работой профильных комитетов, занимающихся различными сферами сотрудничества. С 1956 года начал работу «Комитет трех мудрецов», деятельность которого касается широкого спектра невоенных проблем. Его появление в значительной степени было связано с «разрядкой» в международных отношениях в связи с приходом к власти в СССР Н. С. Хрущева и началом оттепели. В связи с этим руководство НАТО приняло решение о начале разностороннего сотрудничества с Советским Союзом, в том числе и в областях, не связанных с военным противостоянием.

Прежде всего данный комитет брал на себя задачу обеспечить всесторонние консультации с СССР и Организацией Варшавского Договора по политическим и другим невоенным вопросам, а также общую линию НАТО на переговорах с ОВД по данной проблематике. Этот комитет, получивший неофициальное название «Комитет трех», возглавил А. Гарриман, и в его состав на начальном этапе вошли три министра иностранных дел стран-членов НАТО. Италию в «Комитете трех» представлял Мартино, Норвегию--Ланге, Канаду--Пирсон.

Страницы: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 31, 32, 33, 34, 35, 36, 37, 38, 39, 40, 41, 42, 43, 44, 45, 46, 47, 48, 49, 50, 51, 52, 53, 54, 55, 56, 57, 58


Новости


Быстрый поиск

Группа вКонтакте: новости

Пока нет

Новости в Twitter и Facebook

                   

Новости

© 2010.