RSS    

   Византийское искусство и культура

придавало ему все большую парадность и праздничность. В X в. в этом

комплексе был заново отстроен дворец Вуколеон, получивший название от

украшавшей его скульптурной группы быка и льва. Все торжественные приемы и

церемонии X - первой половины XI в. проходили в комплексе зданий Большого

дворца. При Комнинах императорский двор покинул Большой дворец, старый

центр византийской державы, символ ее власти и могущества. По политическим

причинам резиденция василевсов была перенесена во вновь отстроенный

Влахенский дворец, расположенный на северо-западной окраине столицы.

Алексей I Комнин воздвиг здесь Дворец рядом с храмом Влахернской Божий

Матери. Именно здесь он принимал крестоносных вождей и показывал Боэмунду

сокровища имперской казны. Император Мануил I Комнин в 1156 г. расширил

этот дворец, построив роскошный зал, украшенный мозаиками, на которых были

изображены его походы и упомянуты названия 300 завоеванных им гордов.

Крестоносцы, захватив в 1204 г. Влахенсткий дворец, удивлялись его

роскошному убранству и красоте парадных зал.

Дворцы аристократов и богатые дома горожан и провинциальной знати

возводились по всей империи. Представление о дворце провинциального

владетеля дает нам описание имения Дигениса Аркита в поэме о его подвигах.

Дворец представлял собой прямоугольное строение из тесаного камня и был

украшен колоннами, кровля сверкала мозаикой, а полы выложены полированным

камнем. Описания светской архитектуры встречаются и в византийских романах

XII в., и в исторической эпистолярной литературе. До XIII в. византийскою

архитектуру можно считать одной из самых развитых и совершенных в

средневековом мире. Она оказала влияние на широкий ареал стран - Болгарию,

Сербию, Русь и даже в какой-то мере на романский Запад. Древнерусское

государство обязано Византии первыми выдающимися архитектурными

достижениями.

К X в. в византийском изобразительном искусстве, в частности в

живописи, окончательно складывается иконографический канон- строгие правила

изображения всех сцен религиозного содержания и образов святых, а также

устойчивый канон в изображении человека. Эстетика созерцательного покоя,

торжественной умиротворенности, неземной упорядоченности влекла за собой

создание устойчивой и неизменной иконографии. Иконографические типы и

сюжеты почти не изменялись в течение столетий. Глубокий спиритуализм

эстетических воззрений византийского аристократического общества не увел,

однако, искусство Византии окончательно в мир голой абстракции. В отличие

от мусульманского Востока, где примат духовного начала над плотским привел

к господству в изобразительном искусстве геометризма и орнаментальных форм,

вытеснивший изображение человека, в искусстве Византии человек все же

остался в центре художественного творчества. После победы над иконоборцами

в Византии вновь утвердились идеи антропоморфенизма. В искусстве опять

обратились к эллинизму, но при глубокой переработке его традиций с целью

повышения духовности художественного творчества. Если языческий мир

воспевал в человеке телесную красоту, то византийское искусство прославляло

его духовное величие и аскетическую чистоту.

В стенных росписях, в мозаиках и иконах и даже в книжной миниатюре

голова как средоточение духовной жизни становится доминантой человеческой

фигуры, тело же стыдливо скрывается под струящимися складками одеяний,

линейная ритмика сменяет чувственную экспрессию. В изображение

человеческого лица на первый план художник его одухотворенность,

самоуглубленную созерцательность, внутреннее величие, глубину душевных

переживаний. Огромные глаза с экстатически расширенными зрачками,

пристальный взор которых как бы завораживает зрителя, высокий лоб, тонкие,

лишенные чувствительности губы - вот характерные черты портрета в

византийском искусстве классического средневековья. Из культового

художественного творчества почти совсем исчезает скульптура как искусство,

прославляющее телесную, а не духовную красоту. Ее сменяет плоский рельеф и

живопись (мозаика, фреска, икона). Отныне художник должен изображать не

только тело, но и душу, не только внешний облик, но и внутреннею духовную

жизнь своего героя. В этом, кстати сказать, важное отличие византийского

искусства от западноевропейского, где скульптурные изображения Христа,

мадонн, святых приобрели широчайшее распространение.

Впечатление пассивной созерцательности, замкнутости художественных

образов достигается к тому же и византийскими мастерами строгой

фронтальности изображений и сбой колористической гаммы. Вместо античного

импрессионизма с его тончайшей нюансировкой нежных полутонов в Византии с Х

в. господствуют плотные локальные краски, наложенные декоративными

плоскостями, с преобладание пурпурных, лиловых, синих, оливково-зеленыхи

белых тонов. С этой поры цвет мыслился как уплотненный цвет и задача

художника - не воспроизведение реальных тонов, а создание отвлеченной

колористической гаммы. Образ человека как бы окончательно застывает в

величественном бесстрастии, лишается динамизма, олицетворяет состояние

созерцательного покоя. Непревзойденным образцом монументального искусства

Византии середины IX в. являются мозаики Софии Константинопольской. Этот

шедевр искусства неоклассического стиля был восстановлен в апсиде собора на

месте уничтоженных иконобразцами мозаик, о чем свидетельствует

сохранившееся надпись. Величественная, сидящая в спокойной статуарной позе

огромна фигура Марии с младенцем на руках - воплощение возвышенной

одухотворенности в сочетании с чувственной прелестью. Прекрасное лицо Марии

дышит мягкой женственностью и мудрым спокойствием. Стоящий рядом архангел

Гавриил поражает сходством с никейскими ангелами, он - воплощение земной и

одновременно небесной красоты, эллинистического сенсуализма в соединении с

византийским спиритуализмом. Мозаики выполнены талантливым мастерами,

отличаются утонченным артистизмом в соединении с аристократической манерой

выполнения. По словам лучшего знатока византийской живописи советского

ученого В. Н. Лазарева, в них есть нечто "врубелевское". По его мнению,

мозаики Софии Константинопольской - высшее воплощение византийского гения.

Другие мозаики Софии (IX - начало XI в.) несколько уступают по

художественному мастерству этому шедевру, но интересны по своему сюжету.

Это две криторские сцены, имеющие не только художественное, но и

историческое значение. На одной из них, находящийся в люнете над входом из

нарфика в храм, изображен император Лев VI (996-912), преклонивший колена

перед стоящим Христом, над которым в медальонах расположены образцы Марии и

Ангела. Смысл сцены - преклонение власти земной перед властью небесной. На

другой мозаике начал XI в. в южном вестибюле храма св. Софии перед сидящей

на троне Богоматерью с младенцем стоят по сторонам император Константин I,

приносящий в дар модель города Константинополя, и император Юстиниан,

подносящий мадонне модель собора св. Софии; византийские императоры просят

заступничества у Богоматери за великий град и его главную церковь. Обе

ктиторские мозаики - произведения высокого столичного искусства -

привлекают красочным богатством, правильностью пропорций, портретным

сходством императоров и роскошью их одежд.

В XI в. в византийской живописи происходит эволюция в сторону

развития линейного стиля, появляется сухость в трактовке образов, особая

сдержанность поз и самоуглубленность в выражении лиц. К середине XI в.

относятся монастыря Хосиос-Лукас в Фокиде. Многофигурные росписи заполняют

стены огромного храма; большеголовые и большеглазые, тяжеловесные фигуры

святых аксетовфронтально обращены к зрителю, они сосредоточенно суровы и

неподвижны и являют идеал величавого покоя. Жесткие сухие линии,

плоскостная трактовка, сумрачные тона, суровый аскетизм придают этим

мозаикам известную архаичность, они близки к мозаикам провинциального

круга, к Софии Салоникской и Софии Охридской (XI в.). Линейный элемент

господствует и в мозаиках Нового монастыря (Неа-Мони) на о. Хоисе (1042-

1056). Обширный мозаичатый цикл поражает единством, он смотрится как

целостное художественное произведение, не перегруженное деталями. Влияние

монашеской эстетики ощущается весьма явственно: в сухих, строгих,

аскетических лицах восточного типа, удлиненных пропорциях фигур, в ярком

колорите, где преобладают контрастные тона. В отличие от мозаик монастыря

Хосиос-Лукас здесь, однако фронтальная неподвижность порою меняется

резкими, взволнованными движениями, выражающие смятения чувств. Происходи

как бы постепенная утрата успокоенности и нарастание драматизма при

передаче библейских сюжетов.

Вторая половина XI в. и весь XII в. - классическая эпоха в истории

византийского искусства, его высочайший расцвет. Обобщенный

спиритуалистический стиль получает законченность, единство формы и

иконографии, четкое выражение эстетических идеалов. Вместе с тем в нем

появляются новые черты. Стилизованная линия делается тонкой, абстрактной,

контуры фигур становятся легкими, воздушными, движения выглядят более

Страницы: 1, 2, 3, 4


Новости


Быстрый поиск

Группа вКонтакте: новости

Пока нет

Новости в Twitter и Facebook

                   

Новости

© 2010.